- Регистрация
- 23.09.2026
- Сообщения
- 309
- Симпатии
- 0
- Баллы
- 26
Offline
На этот раз ночь пришла почти незаметно. Никто не уловил точного момента, когда за окнами растворились последние краски заката, озеро слилось с небом в одну тёмную гладь, а между деревьями окончательно сгустились сумерки. Из бара ещё лился приглушённый неоновый свет, кое-где в окнах домиков горели лампы, от воды тянуло прохладой, а редкие голоса постепенно стихали, уступая место шелесту листвы и тихому плеску у берега. После всего, что произошло здесь за последние несколько ночей, комплекс впервые казался почти сонным и удивительно мирным. Зря.
Троица этой ночью долго не могла решить, чем себя занять, пока их внимание не привлёк один из мужчин, слишком беспечно задержавшийся на улице в одиночестве. Подошли к нему вполне дружелюбно. Один обнял за плечи, второй предложил прогуляться, третий заверил, что ничего подозрительного в приглашении от трёх мужчин посреди ночи совершенно точно нет. Последний аргумент почему-то оказался наименее убедительным, но отступать было уже поздно.
Его увели подальше от домиков, туда, где среди деревьев стояла старая деревянная беседка, почти скрытая ночным туманом. Внутри было темно и удивительно тихо, и некоторое время четверо просто разговаривали, будто действительно пришли сюда ради компании. Пока один из троих не достал длинную шёлковую ленту.
— Это ещё зачем?
Ответом стала улыбка. Лента мягко легла на шею. Поначалу происходящее выглядело почти неприлично романтично — ровно до того момента, когда свободные концы оказались в чужих руках и шёлк начал затягиваться. Никакой шумной борьбы не случилось. Трое держали крепко, почти бережно, пока дыхание становилось всё реже, а затем осторожно опустили обмякшее тело на деревянную скамью. Со стороны могло показаться, что парень просто уснул после слишком долгой ночи. Троица полюбовалась результатом и исчезла между деревьями.
Но спустя несколько минут возле беседки появился ещё один поздний гуляка. Он уже прошёл мимо, когда что-то заставило его остановиться и вернуться. Увидев неподвижного человека на скамье, мужчина моментально растерял всю ночную сонливость, подбежал, нащупал пульс — слабый, почти исчезающий — и принялся действовать. Шёлковая лента полетела в траву. Несколько мучительно долгих мгновений ничего не происходило, а потом парень вдруг судорожно вдохнул. Человек рядом прикрыл глаза и только теперь позволил себе выдохнуть. Этой ночью троица почти поставила точку в чужой истории, но кто-то вовремя решил, что это всего лишь запятая.
Впрочем, столь удачное спасение не осталось незамеченным. Кого-то из мужчин чужой медицинский успех настолько воодушевил, что он тоже внезапно ощутил непреодолимое желание кого-нибудь спасти. Единственной проблемой было отсутствие поблизости человека, который действительно нуждался в спасении. Пришлось работать с тем, что было. Жертву врачебной заботы обнаружили возле одного из домиков — живую, здоровую и совершенно не готовую к внезапному медицинскому осмотру посреди ночи. Возражения о прекрасном самочувствии были проигнорированы. Ему обстоятельно проверили пульс, приложили ладонь ко лбу, зачем-то заглянули в глаза и после непродолжительного размышления велели немедленно отправляться спать.
— Но у меня ничего не болит.
Мужчина ещё раз задумчиво пощупал его пульс.
— Вот и хорошо.
Спорить с такой диагностикой было трудно. В итоге совершенно здорового пациента заботливо отправили под одеяло, наказав отдыхать и не геройствовать. Тот так и не понял, от чего именно его только что лечили, зато его ночной целитель остался собой чрезвычайно доволен. Похоже, ПМА добралась и до медицины: стоило одному мужчине эффектно спасти другого, как кому-то третьему немедленно понадобился собственный пациент.
После этого ночь словно решила, что с неё достаточно. Неоновый свет в баре погас, один за другим затихли домики, и комплекс наконец погрузился в ту особенную предрассветную тишину, когда даже ветер почти перестаёт тревожить листья. Над озером собирался белёсый туман, на траве выступала роса, а вода у берега едва слышно касалась камней. Где-то спокойно спал человек, которому этой ночью едва не позволили уснуть навсегда. Где-то другой, совершенно здоровый, послушно лежал под одеялом после неожиданного приступа чужой заботы.
Небо над деревьями понемногу светлело, ночь растворялась в тумане, и первые птицы осторожно пробовали голос. На этот раз смерть ушла одна, а утро пришло за всеми.
Объявляю день. Проголосовать необходимо до 19:00 по Мск сегодняшнего дня в теме казни. Напоминаю, что пропуск голосования карается штрафом в 5 очков!
Троица этой ночью долго не могла решить, чем себя занять, пока их внимание не привлёк один из мужчин, слишком беспечно задержавшийся на улице в одиночестве. Подошли к нему вполне дружелюбно. Один обнял за плечи, второй предложил прогуляться, третий заверил, что ничего подозрительного в приглашении от трёх мужчин посреди ночи совершенно точно нет. Последний аргумент почему-то оказался наименее убедительным, но отступать было уже поздно.
Его увели подальше от домиков, туда, где среди деревьев стояла старая деревянная беседка, почти скрытая ночным туманом. Внутри было темно и удивительно тихо, и некоторое время четверо просто разговаривали, будто действительно пришли сюда ради компании. Пока один из троих не достал длинную шёлковую ленту.
— Это ещё зачем?
Ответом стала улыбка. Лента мягко легла на шею. Поначалу происходящее выглядело почти неприлично романтично — ровно до того момента, когда свободные концы оказались в чужих руках и шёлк начал затягиваться. Никакой шумной борьбы не случилось. Трое держали крепко, почти бережно, пока дыхание становилось всё реже, а затем осторожно опустили обмякшее тело на деревянную скамью. Со стороны могло показаться, что парень просто уснул после слишком долгой ночи. Троица полюбовалась результатом и исчезла между деревьями.
Но спустя несколько минут возле беседки появился ещё один поздний гуляка. Он уже прошёл мимо, когда что-то заставило его остановиться и вернуться. Увидев неподвижного человека на скамье, мужчина моментально растерял всю ночную сонливость, подбежал, нащупал пульс — слабый, почти исчезающий — и принялся действовать. Шёлковая лента полетела в траву. Несколько мучительно долгих мгновений ничего не происходило, а потом парень вдруг судорожно вдохнул. Человек рядом прикрыл глаза и только теперь позволил себе выдохнуть. Этой ночью троица почти поставила точку в чужой истории, но кто-то вовремя решил, что это всего лишь запятая.
Впрочем, столь удачное спасение не осталось незамеченным. Кого-то из мужчин чужой медицинский успех настолько воодушевил, что он тоже внезапно ощутил непреодолимое желание кого-нибудь спасти. Единственной проблемой было отсутствие поблизости человека, который действительно нуждался в спасении. Пришлось работать с тем, что было. Жертву врачебной заботы обнаружили возле одного из домиков — живую, здоровую и совершенно не готовую к внезапному медицинскому осмотру посреди ночи. Возражения о прекрасном самочувствии были проигнорированы. Ему обстоятельно проверили пульс, приложили ладонь ко лбу, зачем-то заглянули в глаза и после непродолжительного размышления велели немедленно отправляться спать.
— Но у меня ничего не болит.
Мужчина ещё раз задумчиво пощупал его пульс.
— Вот и хорошо.
Спорить с такой диагностикой было трудно. В итоге совершенно здорового пациента заботливо отправили под одеяло, наказав отдыхать и не геройствовать. Тот так и не понял, от чего именно его только что лечили, зато его ночной целитель остался собой чрезвычайно доволен. Похоже, ПМА добралась и до медицины: стоило одному мужчине эффектно спасти другого, как кому-то третьему немедленно понадобился собственный пациент.
После этого ночь словно решила, что с неё достаточно. Неоновый свет в баре погас, один за другим затихли домики, и комплекс наконец погрузился в ту особенную предрассветную тишину, когда даже ветер почти перестаёт тревожить листья. Над озером собирался белёсый туман, на траве выступала роса, а вода у берега едва слышно касалась камней. Где-то спокойно спал человек, которому этой ночью едва не позволили уснуть навсегда. Где-то другой, совершенно здоровый, послушно лежал под одеялом после неожиданного приступа чужой заботы.
Небо над деревьями понемногу светлело, ночь растворялась в тумане, и первые птицы осторожно пробовали голос. На этот раз смерть ушла одна, а утро пришло за всеми.
Объявляю день. Проголосовать необходимо до 19:00 по Мск сегодняшнего дня в теме казни. Напоминаю, что пропуск голосования карается штрафом в 5 очков!
Кома блочили, что грустно.