Сикорас ещё успел удивлённо моргнуть, словно не верил, что судьба может так перевернуться, а потом был удар, вспышка боли, хруст и красный след на белом. Они убили его быстро, красиво в своей ужасной точности. Свадебный костюмчик так и остался висеть на вешалке — нетронутый, осиротевший, а Сикорас упал на пол в медицинском халате, и по белой ткани стремительно расползалось багряное пятно словно роза, которую сорвали слишком рано.
Его последние слова были едва слышны — тонкий шёпот, будто выдох исчезающей души:
— Стас…