Секрет юнги (история про пиратов)
В тесной укромной бухте недалеко от портового города разместился одинокий корабль. Опустившийся утром туман не спешил рассеиваться и скрывал его от любопытных глаз, подарив экипажу возможность временно покинуть судно.
Отпросившись у своего капитана, трое мужчин сошли на берег и направились в город. Самый молодой из них весело шёл впереди, посматривая по сторонам и покручивая в руке красный листок, подобранный им недалеко от места их высадки. Он был юнгой в их команде и, казалось, наслаждался каждым проведённым днём на пиратском корабле, словно гостил у бабушки, а не бороздил моря, рискуя жизнью каждый божий день. Это не устраивало остальных членов команды, но что они могли сделать, если взять его на борт было решением их уважаемого капитана Большого Джонни? Команда даже пыталась устроить бунт, который был пресечён раньше, чем он успел по-настоящему начаться. К слову, попытка его поднять была предпринята боцманом, который как раз шёл чуть позади. Мужчина, чья голова была похожа на тыкву, воодушевлённо следовал за юнгой, но всё равно сохранял осторожность. Промозглый ветер заставлял его ёжиться от холода, отчего он хотел как можно скорее зайти в помещение.
— Хватит смотреть по сторонам! Шевели булками, сопляк! — несдержавшись, крикнул боцман на тормозящего их юнгу.
Тот и правда никуда не спешил. Его восхищали природные красоты материка, он постоянно останавливался, чтобы полюбоваться ими.
— Я никогда не видел, как желтеют и краснеют листья. Разве это не удивительное чудо природы? — вопрошал он, сунув под нос боцману тот самый листок.
— Чудо природы — это ты. Какая разница, какого цвета листья? Они падают на землю, усыхают и цепляются к штанам.
— Но это же красиво! В пасмурную погоду только обилие красок на деревьях спасает от скуки.
— Если так, то зачем ты попёрся в море? Оно всегда одинаковое. Разве что краснеет от того, что кого-то съела акула, ха-ха.
— Фу, зачем ты такое говоришь? Море имеет множество оттенков. Его эстетика неоспорима! — вещал юнга.
На самом деле боцман не хотел идти с этим пареньком, но именно благодаря ему их вообще отпустили. Так он и стал нянькой для молодого, как он думал, любовника капитана. В одном из южных городов, где они останавливались две недели назад, чтобы пополнить припасы, парень продавал цветы... или своё тело. Мужчина так и не понял, что тот имел в виду. Тогда после вылазки Большой Джонни вернулся не один и сказал, что теперь этот Василёк будет плыть с ними.
— Не пугай мальчишку, Тыква. Реально же славно выглядит! — вмешался в разговор до этого молчавший третий человек. Он был здоровый и сильный на вид и выглядел очень грозно. На корабле он имел исключительный авторитет и иногда замещал капитана, поэтому его роль в команде можно было описать как квартирмейстер.
— Ой, ты так думаешь, Син? И правда, славно. Вон тот лист, гляди, и красный, и жёлтый, и форма у него такая... славный он, да? — Боцман смотрел куда-то под ноги.
— Это кленовый лист. Из дерева клёна делают кленовый сироп. Я как-то пробовал кофе с ним. Вкус просто восхитительный! — сказал юнга.
Он всегда хотел что-то добавить от себя, особенно когда его не спрашивали, чем бесил окружающих, а Тыкву — больше всех. Именно поэтому Син пошёл с ними, чтобы боцман случайно не убил их Василька.
— Что это такое? Я и не слышал о кофе, — вежливо поинтересовался квартирмейстер.
— Это очень вкусный бодрящий напиток. Рекомендую попробовать!
— Хрень какая-то. Что может быть лучше рома? Ха-ха! — засмеялся Тыква.
За разговором они довольно быстро дошли до города. Их одежда и наружность особенно не выделялись, так что проблем в дороге не возникло. Однако многие всё равно на них поглядывали. Взгляд незнакомцев цеплялся за их боцмана, который был одет в тонкие штанишки и майку без рукавов. Каждый порыв ветра ощущался им болезненно. Василёк пытался всучить ему свой шарф, но тот наотрез отказался пользоваться его помощью, какой бы она ни была.
— Женщины любят стойких мужчин, которым не страшен ни жар, ни холод, — успокаивал себя боцман, однако он уже не мог сдерживаться и разок шмыгнул носом.
— Возьми хотя бы платок. Осень в этих краях такая же суровая, как и зима. А ты, южанин, не привык к такой погоде. — Син достал из кармана платок. Даже на первый взгляд было видно, что это не простая тряпка. Узор в виде бабочек и цветов вышит вручную.
— Воу, Син, ты правда дашь мне свой платок? Спасибо! Я потом постираю и верну его тебе. — Тыква просиял.
Он совершенно легально поднёс вещь к своему лицу и даже почувствовал аромат духов Сина. Ему показалось, что он уловил запах корицы и чего-то сладкого.
Боцман всегда по-особенному относился к их квартирмейстеру. Он готов был согласиться со всем, что тот скажет. Если он сказал, что осень славная, значит, она славная; если сказал, что бунт — это не решение вопроса, значит, это не решение. В конце концов, сказал бы он ему броситься за борт, Тыква бы это сделал без лишних слов.
Их пунктом назначения был дружественный пиратам паб, где они могли бы не только выпить, но и поесть, а ещё познакомиться с местными проститутками. Боцман давно хотел переспать с какой-нибудь красоткой. Он размышлял о том, как будет флиртовать с местными девками, но затем его мысли ушли совсем в другое русло. Какие девушки нравятся Сину? Хочет ли он кого-нибудь зацепить? Не будет ли Василёк им мешать? Будет ли он подкатывать к мужикам? Смог бы Син переспать с мужиком? На последнем вопросе Тыква очнулся. Они уже подошли к дверям паба.
— Приветствую! Заходите, братья, что будете пить? — подозвал их хозяин, и они вошли.
Мужчины уселись за большой стол, и Тыква сразу обратился к бармену.
— Рома мне и побольше. Сегодня я до конца. Ха-ха! — Ему было ещё радостнее от того, что его организм медленно согревался после холодной улицы.
Он взглянул на своих членов команды и вспомнил, что Василёк не пьёт алкоголь. Какой же стыд! Сидеть в баре и не пить.
— Воду, пожалуйста, — сообщил юнга.
Бармен посмотрел на него с осуждением, но принял заказ.
— А мне, брат, кофе. Кофе есть? — спросил Син.
— Кофе нет, брат, — ответил ему бармен.
— Тогда ром... — Кажется, квартирмейстер расстроился.
— Син, хочешь, я достану тебе кофе? Завтра же на корабль притащу. И сироп этот хреновый! Клянусь морскими каракатицами! — пообещал Тыква.
— Правильно говорить «кленовый», — исправил Василёк и засмеялся.
— Да хоть как. Я пообещал, Син!
Син покраснел. Ещё никто никогда не был готов ради него на что-то такое. Он нежно взял за руку боцмана и поблагодарил его. Рука того вспотела, но ему не было противно. Этот момент мог бы длиться вечно, но напитки и еду принесли очень быстро. За едой и алкоголем время летело. Подвыпивший боцман любил навести суеты.
— Хэй, Василёк! Если будешь к мужикам подкатывать, я всё капитану расскажу! — вредничал он.
— Да как я могу? Мне не нравятся мужчины, — отнекивался юнга.
— Смешной ты. А что же тогда с капитаном спишь?
— Хватит его доставать. Видишь же, что ему неловко. Мелкий он ещё, — приструнил боцмана Син.
— Хорошо, Син. Тогда спорим, что я первый подцеплю дамочку, — пьяно сказал Тыква и глянул по сторонам в поисках цели.
Увидев первую попавшуюся девушку, он подозвал её к ним за стол. Она заинтересованно осмотрела мужчин и приняла решение подойти к ним, после чего села между пригласившим её за стол Тыквой и Васильком. Первый попытался приобнять её, но игриво получил от неё по руке, второй глянул ей в глаза и поймал взгляд.
— Как вас зовут, мисс? — поинтересовался Василёк.
— Анна, — с улыбкой ответила девушка.
Втроём они вели непринуждённую беседу, после чего она решила, что их компания приемлема, чтобы позвать своих подруг. Особенно ей запал в душу молодой парень с нежным взглядом. После того как пришли ещё две девушки, стало более шумно, а Тыква — заметно пьянее. Его мир стал хаотичным. Вот они сидят вшестером. Вот ром в его кружке закончился. Вот Василёк уже в центре внимания, рассказывает о том, что Земля на самом деле не плоская, что он хочет это доказать в своей научной работе, ради которой он и отправился в море. Ну и дурак...
В следующий момент он уже проснулся рядом с Сином, тот приобнимал его за талию. Боцман протрезвел от счастья, но молчал, хотя говорить хотелось. Напротив него их сопливый юнга что-то шептал на ухо сидящей на его коленях Анне. Она хихикала и целовала Василька в щёку. Другие девушки не отставали. Одна гладила парня по голове, другая водила длинными пальцами по его ладони. Что девки в нём нашли? Может, и правда не по мужикам наш Василёк... Да не может быть!
Он так удивился, что захотелось проветриться. Боцман поднялся, после чего вслед за ним поднялся и квартирмейстер.
— Я тебя провожу, ты не против? — спросил он.
Отказываться смысла не было. Предупредив Василька, они вдвоём пошли к выходу на улицу. Погода к вечеру стала хуже. Шёл дождь, гулял ветер. На мокрой дороге уже образовались лужи. Холод пробирал до мурашек, особенно легко одетого Тыкву.
— Возьми мою куртку, Джек, — обратился к нему Син.
— Ты в первый раз назвал меня по имени... — боясь сказать лишнего, шёпотом произнёс боцман.
Син снял свою куртку и накинул её на голые плечи мужчины напротив, оставив свои руки лежать поверх. Тыква понимал, что они не могут так стоять до бесконечности. Хотелось в тепло, но и прерывать этот момент было слишком тяжело.
— Джек, ты пьян. Я не думаю, что нам стоит возвращаться. Пойдём снимем комнату, и я уложу тебя спать, — предложение гарантировало, что ещё какое-то время они будут вместе. Кто он, чтобы отказываться? Может быть, они даже легли бы в одну кровать? Смог бы Син переспать с мужиком? Смог бы Син переспать с ним? Он больше не мог думать ни о чём другом, тем временем его уже уводили прочь от паба.
Тыква всегда был ранней пташкой. И на следующий день он проснулся на рассвете. Он огляделся. Вчера они сняли комнату, а сегодня он спал тут один. Место рядом было пусто и холодно, и только воспоминания о прошедшей ночи грели сердце. Син был джентльменом. Когда боцман прижался к нему, притворяясь, что не может согреться, квартирмейстер остановил его и сказал, что тот слишком пьян. Син завернул его в одеяло и лёг рядом, обнимая мягкий кокон, ожидая, когда мужчина уснёт.
Как славно, что он оставил ему немного чести, покинув комнату, но одновременно и грустно. Впрочем, вчера он клялся, что принесёт кофе, а сегодня он должен выполнить это.
На выходе Тыква встретился с той самой Анной. Ему стало интересно, что произошло после их ухода.
— Анна, рад видеть тебя.
— Приветствую, — ответила она без особого энтузиазма.
— Поведай, чем дело вчера кончилось, — нетерпеливо спросил боцман.
— А чем ещё кончится? Сами-то не в курсе?
Тыква и правда представлял, но хотелось услышать подробности.
— Ну как вам Василёк? Не показалось ли, что ему мужики интереснее?
— Он очень хорош, нам всем понравился. Я вам гарантирую, с мужчинами ему не по пути, — она покраснела, видимо, вспомнив всё хорошее, что было у неё с юнгой.
После чего они пошли каждый своей дорогой, чтобы больше никогда не встретиться.
Ближе ко времени отплытия Тыква вернулся на корабль. С кофе и кленовым сиропом. Довольный как чёрт морской. Из-за хорошего настроения он, увидев юнгу, не стал его задирать.
— Василёк, а ты не промах! Поделись секретом, а? Как девушек увлёк? — с любопытством обратился боцман к нему.
— Так и нет секретов. Я предлагаю женщинам то, что они хотят, но никто им этого не даёт. Вот и всё, — юнга подмигнул ему.
— Ну-ка? — Тыкве стало так интересно, что он придвинулся ближе, чтобы всё расслышать.
— Я предложил им помочь с уборкой, стиркой, готовкой. Печку им почистить, в конце концов. Ни одна женщина ещё не устояла.
Боцман выпал в осадок. И в этом весь секрет?
— А капитану ты тоже что-то обещал, чтобы он тебя на корабль взял? — с восхищением спросил Тыква.
Он заново взглянул на этого молодого парня с принципами. Подумать только, так чувствовать людей и видеть, что им нужно. И Анна говорила, что не по пути у него с мужчинами, а значит, и капитан его выбрал не за красивые глазки, а за характер и ум.
— Нет, с ним мы просто трахаемся, — прервал его размышления Василёк.
Ответа не последовало, молчание затянулось. После чего боцман коротко сказал:
— Ну и дура эта Анна! Лучше бы молчала.
После чего пошёл искать Сина.
).
