Работа №2:
Название: Consuti Oris
Категория: джен
Жанр: мистика, психология
— Скажите, мистер Фостер, эти люди с зашитыми ртами сейчас с нами в одной комнате?
— Нет, — ответил Фостер скучающим тоном. — На улице светло, а они появляются только с наступлением сумерек.
— Я так и думал.
Лицо Фостера впервые за весь сеанс оживилось.
— Почему? — с нескрываемым любопытством спросил он.
Эллиот чуть наклонился к нему через стол и предельно серьезно ответил:
— Потому что их здесь нет.
— Но… То есть… Подождите… — взволнованно залепетал Фостер — такого он точно не ожидал. — Неужели вы тоже…
— Да, я тоже их вижу. И тоже только с наступлением сумерек.
Фостер ахнул. Открыл рот, будто хотел что-то сказать, да так и захлопнул, не произнеся ни слова.
Эллиот тем временем продолжал:
— Они приходят иногда вдвоем, иногда втроем. Молча стоят и наблюдают своими стеклянными глазами, не выражающими никаких эмоций. Порой я вижу, как они смотрят на меня. В другой раз они следят за кем-то другим, когда я иду по улицам города.
Фостер принялся отчаянно кивать, взволнованно ерзая на стуле.
— Да-да, а те люди, за которыми следят наблюдатели — так я их прозвал — ничего не замечают! Идут себе спокойно с собакой, или едят какой-то бургер по дороге… А когда они едят, наблюдатели подходят ближе и ближе! Они вообще чаще появляются в местах, где люди едят. Да и я, когда ужинаю… Они всегда появляются в комнате, когда я ужинаю… У меня есть теория, что… У них же зашиты рты, они не могут есть! То есть я вообще не знаю, что они могут, а чего не могут… Но есть наверняка не могут! И как-то их притягивает еда…
— Это очень любопытная теория, — мягко прервал спутанные речи Фостера Эллиот. — Я тоже замечал, что частота их появления напрямую связана с приемами пищи — мной, или кем-то другим на горизонте.
— О, да! — уже не скрывая эмоций, воскликнул Фостер. — Они так часто появляются во время еды, что я перестал есть в темное время суток! Вот уже два года я совсем не ужинаю…
— Вы знаете, а я не отказываю себе в поздних приемах пищи. Нет в этом надобности.
— Но они же приходят, когда на улице темно и вы едите? — сдвинув брови, уточнил Фостер.
— Именно.
— Стоят с тыквами в руках…
— О, да, — подтвердил Эллиот, — с такими большими оранжевыми тыквами как на Хэллоуин.
— И смотрят на вас взглядом, как будто это вы виноваты, что у них рты зашиты, — в этот момент Фостер даже побледнел.
— А вот это вам кажется. Как говорится, у страха глаза велики, — попытался успокоить его Эллиот, но реакция была обратной.
Мужчина резко вскочил со стула и в сердцах выкрикнул:
— Кажется?! Я думал, вы другой, а вы как все психиатры просто говорите, что мне кажется?! Сейчас выпишите мне таблетки и…
— О, нет, таблетки я вам не выпишу, — заверил его Эллиот. — Кому же выписывают таблетки лишь за то, что он неправильно считывает человеческие эмоции? Да и люди ли они? Вы никогда не задавались этим вопросом?
— То есть вы все-таки их видите? — Фостер осторожно сел.
— Разумеется. Я вам больше скажу: правительство знает об их существовании, но держит это в тайне, дабы не допускать паники. Дело в том, что небольшой процент людей, крайне чувствительный к межизмерительным колебаниям — как мы с вами — способен увидеть этих существ.
— Наблюдателей, — на автомате вставил Фостер, с абсолютно ошеломленным видом слушая Эллиота.
— Хорошее название. Хотя ученые, работающие на спецслужбы, дали им название Consuti Oris, или просто орисы.
— Как интересно!
— Да, это с латыни от словосочетания «зашитый рот». Так вот орисы — существа с другого измерения. Как я сказал, увидеть их может лишь очень и очень незначительный процент, поэтому правительству успешно удается скрывать их существование вот уже пятьдесят лет.
— Господи… — прохрипел Фостер. — И наблюдатели… То есть орисы, они опасны?
— Абсолютно нет. Пятьдесят лет наблюдений за ними показали, что они не представляют никому никакой угрозы. Ни единой жертвы, ни одной попытки причинить кому-то вред. Ученые все больше сходятся во мнении, что у орисов нет никаких злых намерений по отношению к людям. Они просто наблюдают, так что название вы им придумали очень удачное. Мне оно нравится даже больше чем «орисы».
— Спасибо, — то ли за комплимент, то ли за утешение поблагодарил Эллиота Фостер, а через пару секунд добавил: — Но они выглядят так жутко, их взгляды такие холодные…
— Ученые считают, что дело лишь в различии мышления. Нам сложно даже представить, как мыслят существа из другого измерения, а им, в свою очередь, нелегко понять нас. Одно они о нас выяснили точно: мы обожаем праздники. Скорее всего, они хотели выбрать максимально приятный образ, и поэтому остановились на праздничном образе, чтобы у тех немногих, кто их видит, вызывать самые позитивные эмоции. Но не разобрались, что Хэллоуин и образы на этот праздник весьма специфичны.
— Спасибо, доктор, — тихо сказал Фостер, глаза его блестели от слез. — Спасибо вам большое! Вы единственный, кто рассказал мне правду! Можно вас обнять?
— Да, конечно, — Эллиот встал со своего места и сразу был заключен в крепкие объятия.
Спустя неделю Фостер снова пришел на прием к Эллиоту и признался, что уже не боится орисов. Более того, присмотревшись, он заметил, что взгляд у них вовсе не укорительный, а скорее миролюбивый. Еще через месяц он сказал, что снова начал ужинать, а иногда и есть попкорн за вечерним просмотром сериала. А через полгода заявил, что наблюдатели стали к нему приходить значительно реже, и даже на улицах он теперь их почти не встречает. Но главное, они совсем перестали его тревожить. Есть они или нет — имело значения не больше, чем гуляет сосед с собаками или один.
Эллиот не мог не радоваться результату терапии, но одновременно испытывал странное чувство, будто перешел какую-то незримую грань дозволенности. Ведь он, будучи квалифицированным психиатром, сказал своему пациенту чудовищную ложь. С другой стороны, эта ложь исцелила Фостера, не так ли?
Все глубже погружаясь в собственные мысли, Эллиот шагал по безлюдному тротуару и, глядя на украшенные тыквами и декоративными скелетами дворы домов, думал, что все мы в какой-то мере живем в собственных иллюзиях. Физики приведут нам аргументы, что небо не голубое, а биологи докажут, что трава не зеленая. В итоге, мы останемся наедине с холодным и совершенно неизвестным нам миром, каким он скорее всего и является. Или будем продолжать верить в свои иллюзии. Ведь пока мы в них верим — они существуют, и пока мы с ними не сражаемся — они не опасны.
сразу захотелось притащить что-то вкусное в тему))) у нас даже названия съедобные!!!))) Большое спасибо за поздравление!!!)))
Поздравляю от всей души. 
), можно как-нибудь провести конкурс миников на объем до 5к слов, как раньше было))
