Четвертый день был последним. Все это прекрасно понимали - отсутствие стульев ясно показывало, что кормить невольников бункера никто больше не собирается. А как показала практика - отсутствие места за столом означало смерть.
Умирать не хотелось совсем. Поэтому было принято решение действовать. Хотя бы ради всех погибших товарищей!
Первым делом на миссию, вооружившись котеночком, отправился Чебурек. Ему нужно было разбить камеры и светильники, а сделать это было довольно легко - стоило просто набрать барахла, раскиданного по полкам, и кидать их в потолок. Котеночек яростно мяукал, подбадривая Чебурека. Чебурек швырялся что есть мочи - где-то на горизонте маячила долгожданная свобода.
Разбитые светильники посыпались на пол, Чебуреку удалось подобрать розочку из разбитой лампочки. Огоньки камер наблюдения гасли с каждым броском Чебурека. Что-ж, на этом его миссия окончена - он вызвал маньяка на битву за их свободу.
Другие тоже времени не теряли. Наггетс, приметив отключившиеся камеры, шустро сдвинул один из тяжеленных ящиков в сторону мясницкой комнаты. Благо, сила позволяла. Дверь оказалась заблокирована - теперь из нее никому не выйти и не зайти.
Фазан и Хинкали взяли на себя самую рисковую миссию: они собрались устроить засаду. Хинкали намазал пол при входе в бункер мылом, в надежде, что это собьет маньяка с толку. Он взял веревку с одной стороны, а парализованный Фазан натянул ее с другой. Чтобы Фазан не скользил по полу было решено закрепить дилдо присоской к полу и посадить на него Фазана - так он прочно сидел на одном месте и не двигался. Веревка натянулась в воздухе.
Все затаили дыхание в ожидании стука шагов по ступенькам.
Топ-топ.
Топает маньяк.
В канализации что-то громко зажурчало. Все вздрогнули, повернулись на звук и идея насрать посреди бункера показалась очень заманчивой каждому присутствующему. Хинкали вдруг припомнил бедного погибшего товарища Пельменя.
Мателлическая дверь распахнулась, на пороге стоял тот самый маньяк с красными глазами и дьявольским лицом. Он был недостаточно осторожен, кажется, он совсем не ожидал засады от своих невольников. С негромким возгласом "О, kurwa!", он упал вперёд и прокатился кубарем по нескольким небольшим ступенькам. Не грациозно приземлившись спиной о пол он несколько раз рвано вздохнул, задыхаясь.
Невольники завороженно замерли, наблюдая эту картину. Неужели у них получилось? Они свободны? Больше ничего им не угрожает? В полутьме было сложно разглядеть выражение лица поверженного маньяка. А может, он сейчас подорвется и разорвет присутствующих в клочья? Не теряя времени, команда засобиралась. Чебурек и Хинкали подхвали на руки Фазана - тот разочарованно спрыгнул с дилдо, прежде чем позволил себя поднять. Наггетс поспешил к остальным - больше не было нужды подпирать дверь ящиком. Нужно было как можно скорее выбираться, пока маньяк не поднялся на ноги! Эта мысль показалось Наггетсу здравой ровно до того момента, пока он, шагая, не сравнялся с бессознательным телом маньяка. А бессознательным ли? Очень кстати в кармане нащупался молоток. Наггетс позволил себе замешкаться: может, стоит добить маньяка, чтоб никто больше не пострадал от его рук? Чтоб отомстить за убитых товарищей, за это ужасное, совершенно не постное меню, которое им пришлось есть все эти дни?
- Наггетс, поторопись! Скоро здесь будет второй, которой в очках! И нам пизда! - Чебуреку очень не нравилась предстоящая песпектива умереть от рук второго маньяка - да и впринципе умирать не хотелось, поэтому с каждой секундой задержки он начинал паниковать.
- Сейчас, я только разберусь с этим. - Наггетс принял решение. Он достал из кармана молоток и замахнулся. Секундная заминка. Послышался вскрик.
Кричал Чебурек.
Наггетс обернулся на железную дверь, возле которой стояли его товарищи. Второй манья в очках удерживал Чебурека поперек горла и грозил ему ножом прямо возле глаза. Фазан повис на Хинкали. Они со страхом прижались друг к другу.
- Не делай того, что задумал. - Маньяк угрожающе зыркнул, но Наггетс только увидел как блестнул его нож в темноте. - Отойди от него, иначе я вырежу всех вас по-очереди.
- Ты и так нас всех вырежешь! - истерично крикнул Чебурек. Смерть маячила прямо перед его носом - он мог умереть в любую секунду. Он крепко сжал в руке розочку из лампочки. Возможно, если бы не его категорическая боязнь любой смерти, даже чужой, эта розочка уже было бы в шее у очкастого маньяка.
- Я вас отпущу, только отойди от него.
Наггетс растерялся - стоило ли верить маньяку? Убивать человека, хоть и ужасного, не очень хотелось, да и нависающий молоток ему держать надоело. Поэтому он опустил руку и отошел на шаг от лежащего маньяка.
В то же мгновение второй маньяк оттолкнул Чебурека и быстрым шагом рванул к своему поверженному товарищу.
- Убирайтесь вон. И друга своего заберите с кухни.
Уходя, а лучше сказать - убегая, четверо спасшихся услышали тихий шепот осипшего голоса, звавший то ли Милу, то ли Кирилла, то ли Уилла. И тихий, неожиданно нежный шепот второго маньяка: "Бублик ты мой польский, старые мы совсем для этого стали. Давай лучше свинок заведем? Они хотя бы растяжки не ставят..."
Лестница вверх была небольшой. Она привела беглецов в обычную уютную гостиную. Сразу стало понятно, что это типичный семейный дом. На полу были разбросаны детские игрушки, на столе стояли два бокала вина - было такое ощущение, что они прервали семейную идиллию своим побегом. Однако все это было не важно. Их путь лежал на кухню. Как можно скорее они бежали по дому, беспокоясь о том, что в любой момент маньяк в подвале мог передумать и нагнать их.
А на кухне действительно кто-то был. Прямо за кухонным островом, в инвалидной каляске сидел Шашлык. К его руке тянулась капельница. У него не хватало одной ноги. Стоило только Шашлыку услышать надвигающийся топот трех пар ног он расплакался - вот оно, спасение! Он, захлебываясь слезами, указал на большую металлическиую миску с маринованным мясом и шампуры подле нее.
Небольшая собака лениво лежала возле холодильника и глодала огромную кость - кажется, бедерную. На кухне в целом творился некоторый хаос. Прямо на столешнице стояли несколько противней с заготовленными пельменями.
Наггетс, не теряя времени, подхватил на руки всхлипывающую Шашлыка и впятером они рванули на улицу - в долгожданное свободное будущее.
Которое несомненно, ждало каждого из них. Кроме Шашлыка, у нее был рак легких.